Пояса Шнайдера больше нет?

Елена Салихова, Лариса Станченко и Ольга Савостина 

о «Зеленом кольце Кенигсберга» в современном Калининграде

 

 

 

Вальное и водное кольца города, представляющее историческую, градостроительную, природную и культурную ценность, в городе легко можно и не заметить. В октябре 2015 года состоялся первый двухдневный семинар «Вал. Водное кольцо Калининграда», во время которого четыре группы профессионалов в области экологии, культурного наследия и развития, экологического образования, журналистики и градостроительства сформулировали тезисы, объясняющие, почему водное кольцо является ключевым элементом города. С результами семинара можно познакомиться здесь.

Среди исторических памятников Калининграда своей масштабностью и, выражаясь современным языком, экологической направленностью, безусловно, выделяется ландшафтно-архитектурная новация 20-30 годов прошлого века, ставшая широко известной в то время за пределами Восточной Пруссии как уникальная достопримечательность столицы этой окраины провинции Германии — «Зеленый пояс» Кенигсберга.

 

Эти своеобразные рукотворные ландшафты, сформированные в соответствии с европейской традицией (как например, бульвары Парижа) представляли собой воплощенную идею озеленения бывших территорий фортификационных сооружений с включенными в новый городской ландшафт фрагментами утративших оборонительное значение бастионов, башен, ворот и городских стен. Многокилометровые сооружения оборонительного вала превращаются в зеленые пространства, старые крепостные рвы «приятно оживляются зеленью благоустроенных променадов». В этот период формируется Grоβ Stadt in Grünen («Большой город в зелени») с репутацией одного из самых озелененных и красивых в стране, образец удачного воплощения концепции озеленения исторически освоенной городской территории.

 

 

 

 

 

 

 

Фотография Александра Матвеева

Если вы хорошо ориентируетесь в пространстве Калининграда и, к тому же, имеете возможность внимательно рассмотреть карту города, ландшафтно-градостроительная идея Э. Шнайдера и умелое использование приемов садово-паркового искусства предстает перед вами во всем великолепии: геометрически выверенные ландшафты озелененных крепостных валов в пространстве города бесконечно сочетаются с крупными и небольшими пейзажными парками и скверами, уютными естественными ландшафтами променадов на берегах искусственных каналов и природных ручьев в глубоких лощинах — почти беспрерывное торжество природы, которой человек позволил вторгаться в городские кварталы с их напряженной жизнью.

 

Как ни странно, активная градостроительная деятельность, охватившая Кенигсберг в первой трети ХХ века, предусматривала полномасштабную реализацию идеи отрицания уплотненной застройки и способствовала максимальному озеленению городских кварталов. В результате перед Второй Мировой войной в городе насчитывалось не менее 50 объектов садово-парковой архитектуры, не считая придомовых озелененных территорий, весьма характерных для всех новых районов города.

 

В северной части Калининграда «Зеленый пояс» достаточно отчетливо просматривается в виде прерывистого полукольца, протянувшегося вдоль современного Гвардейского проспекта и включающего далее территории, прилегающие с северной стороны к ул. Баранова, озелененные пространства пр. Верхнего, пр. Нижнего, Литовского вала вплоть до р. Преголи в районе ул. Ялтинской (Lieper weg). От Kranzallee (ул. А. Невского) до самой реки можно было пройти, не покидая зеленой зоны променада Литовского вала. В настоящее время от ул. Гагарина до Московского проспекта на дороге разместилась автобаза, за ней заброшенная чаща на месте бывшего кладбища и заброшенный стадион «Красная звезда» (бывшее кладбище к 2005 г. застроено жилыми домами, крупным торговым центром, на очереди постройка гостинично-развлекательного центра на террасах Литовского вала в районе бастиона Грольман) и далее запустение старого пруда Купфертайх (пр. Ялтинский), чуть смягчают ситуацию зеленый массив рядом с ухоженной территорией Русско-Немецкого дома, а далее складские помещения, эллинги и никакой прогулочной зоны.

 

В южной своей части (левобережье р. Преголи) «Зеленый пояс» к настоящему времени еще просматривается и представлен в «межрукавье» реки на о. Октябрьском закустаренными пойменными лугами, а южнее Старой Преголи — большим парком, заложенным в 20-е годы прошлого столетия на месте Южного форта оборонительных укреплений. В качестве архитектурных фрагментов сохранены и вошли в состав территории парка Фридландские ворота, Хабербергский и Фридланский равелины (ныне парк им. 40-летия ВЛКСМ). В Кенигсберге к парку примыкало озелененное пространство привокзальной площади, а к нему — озелененные территории старого Альтштадтского и старого Кнайпхофского кладбищ у Бранденбургских ворот и сквер на площади у Хабербергской кирхи (ныне Дом искусств). В настоящее время территория привокзальных скверов частично занята автовокзалом, у Бранденбургских ворот — застройка жилыми домами.

 

В юго-западной части города система «Зеленого пояса» прерывалось в связи с тем, что здесь на бывшей территории вальных укреплений, выкупленных железнодорожным ведомством, располагалась грузовая железнодорожная станция, естественно, представляя собой открытое пространство.

 

Итак, структура территории «Зеленого пояса» продиктована особенностями исторической застройки города, стремлением сохранить архитектурные фрагменты оборонительного вала, длительное время являющегося неотъемлемой частью городского ландшафта, и экономическими соображениями — разрушение построек вала требовало серьезных вложений, кроме того, необходимо было бы сравнять земляные валы — гласисы и засыпать крепостные рвы. Озеленение этих неудобных для застройки элементов искусственного рельефа было более рациональным решением и, в конечном счете, сохранило своеобразие облика города и обогатило новыми зелеными зонами его ландшафт и густонаселенные районы.

 

 

 

 

 

 

 

Фотография Александра Матвеева

В Калининграде остро стоит проблема сохранения его исторического экологического каркаса, важным компонентом которого являются водно-озелененные территории.

Сто лет назад в Кенигсберге сложилась система озеленения, основой которой служили озелененные или водно-озелененные пространства, различные по площади (не менее 50 объектов садово-паркового строительства), находящиеся внутри плотной городской застройки, а связующими звеньями между ними служили длинные озелененные променады вдоль открытых каналов. Сады, скверы, цветники внутреннего города были подчеркнуты в пространстве озелененными оборонительными валами, утерявшими в середине XIX века свое функциональное значение. Территории в 787,2 га садов, променадов, скверов создавали знаменитое не только в Германии, но и в Европе кольцо Шнайдера, благодаря которому Кенигсберг начала XX века стал известен как один из самых озелененных городов Европы. В городе и в настоящее время хорошо просматриваются примерно восемь линейно-пространственных пешеходных водно-озелененных комплексов, протянувшихся в северном, северо-западном, западном, северо-восточном направлениях в полном соответствии с теорией зеленых клиньев.

 

Наш город Калининград унаследовал ландшафтно-планировочные особенности дезурбанистичекого проекта города-сада, который пользовался особой популярностью в начале прошлого века, потому что город был приближен к человеку, он впустил природу в свои серые кварталы, это была радостная альтернатива условиям жизни в средневековом по своей планировке городе. В двадцатые годы, именно во время озеленения Кенигсберга и его активного расширения, Корбюзье писал о городах со старой планировкой: «...непрерывно возрастающая анархия городов оскорбительно задевает наше чувство собственного достоинства». В настоящее время целостная система озеленения Калининграда подвергается натиску со стороны застройщиков, а новые селитебные зоны не озеленяются или это делается непродуманно и бессистемно, не имеет целостной концепции. Это происходит, несмотря на то, что лишь непрерывная сеть озелененных территорий имеет и эстетическое, и экологическое значение.

 

 

 

 

 

 

Фотография Green Design Society

Ландшафты «Зеленого пояса» и видовой состав древесных пород, использованных в озеленении (в основном, это были долгоживущие клены, каштаны, реже липы и дубы) достаточно хорошо сохранились до наших дней. Тем не менее, разрушительное небрежение, частичная застройка, а в наши дни довольно агрессивная, отсутствие деятельности ландшафтных архитекторов в течении более полувека, которые коснулись большей части фрагментов зеленого полукольца, привели к захламленности, зарастанию самосевом, выпадению множества деревьев и замене их вездесущими самоподнявшимися кленами, частичной недоступности, нарушению гидрологического режима территорий и изменению функционального предназначения этого крупномасштабного ландшафтно-градостроительного комплекса, созданного для удобства людей. Путеводитель по Кенигсбергу 1938 г. сообщает, что благодаря этой системе озеленения обогащены зеленью именно густонаселенные районы города, а все большие и небольшие зеленые пространства старого и нового города связаны воедино с зеленым поясом, который, являясь транзитной территорией, доступен из всех районов города.

 

В прошедшие десятилетия, а в некоторых местах и поныне зеленый 15-и километровый променад мало посещаем горожанами в связи с дискомфортностью его пространств и рассматривается в настоящее время не как одна из ярких составляющих исторического облика города и прелестное место для «неспешных прогулок», а как заброшенная, небезопасная, деградирующая лесопосадка с избыточно увлажненными почвами, крутыми откосами без лестничных сходов, с быстростареющими деревьями.

 

В связи с отсутствием у территорий «Зеленого пояса» какого-либо статуса и положением в центре города, они в качестве пустырей ничем не защищены от посягательств застройки...

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Елена Салихова кандидат биологических наук, доцент

 

Лариса Станченко — кандидат географических наук, доцент

 

Ольга Савостина — заведующая лабораторией почвоведения, агрохимии и гидрохимии

 

Кафедра географии, природопользования и пространственного развития, институт природопользования, территориального развития и градостроительства, БФУ им. И. Канта

 

Елена Салихова кандидат биологических наук, доцент

 

Лариса Станченко — кандидат географических наук, доцент

 

Ольга Савостина — заведующая лабораторией почвоведения, агрохимии и гидрохимии

 

Кафедра географии, природопользования и пространственного развития, институт природопользования, территориального развития и градостроительства, БФУ им. И. Канта